Сибирь.Реалии поговорили с россиянками, которым отказали в аборте, несмотря на отсутствие такого запрета в стране. 29-летняя Анна из Иркутской области пришла на плановое УЗИ на 20 неделе беременности. Врач на приеме сказала, что у девушки «есть небольшие проблемки», и направила ее в областной перинатальный центр.
Оказалось, что у ребенка Анны лимфангиома шеи 2х3 см (доброкачественная опухоль, которая может вовлекать в патологический процесс жизненно важные структуры и органы — «Коса»). Врачи не объяснили, чем опасен диагноз, поэтому девушка вместе с мужем «всю ночь гуглила» необходимую информацию. В итоге они приняли решение прервать беременность пока не стало слишком поздно.
«Хотя врач, пока мы не стали расспрашивать и ставить вопрос ребром, даже не заикнулась, что речь идет о серьезных проблемах со здоровьем ребенка», — рассказала Анна.
После осмотра у платных специалистов в Иркутске девушка обратилась в государственную клинику с просьбой сделать аборт, но ей отказали. Врач подтвердила, что заболевание может развиться вплоть до хромосомных отклонений, но не смогла дать справку с показаниями. В женской консультации Анне стали угрожать, что она останется без матки. Вскоре девушка поняла, что врачи просто тянут время до 22 недели, когда аборт будет сделать уже невозможно.
Девушка обратилась в частные клиники, но и там начали тянуть сроки — «боялись Минздрава». В итоге Анна сделала аборт в соседнем Красноярском крае по совету знакомой.
«Чувствовала себя, как будто на подпольный аборт иду! Какие уж аборты по ОМС! Я заплатила за все нехилую сумму – под 100 тысяч рублей все вместе вышло. И это «повезло» – еще бы полнедели протянули, они бы вынудили меня родить больного ребенка!», — поделилась девушка.
Другая россиянка, жительница Якутии Алина, стала жертвой изнасилования в конце прошлого года. На нее напал бывший муж уже во время бракоразводного процесса. В итоге девушка забеременела, но в консультации ее стали отговаривать от аборта.
«Сначала говорили, что для медикаментозного уже поздно. Что полное вранье — до 6 недель можно. Потом грозили проблемами с репродуктивной системой, если сделаю хирургический. Я была не в том состоянии, чтобы сопротивляться их нажиму. Как они меня только не называли за мое желание не рожать от насильника!», — вспоминает Алина.
Девушка не смогла дать отпор. Она признается, что теперь ей приходится решать вопросы по лишению родительских прав для младшего сына, также ей вдвойне сложно восстановиться после насилия и стать полностью финансово независимой.